Здесь будет размещены материалы по истории обители от дня основания до революции.

Старочеркасский Ефремовский монастырь.

Возникновение и учреждение монастыря.

Именной указ императора Николая I «Об учреждении в Новочеркасской епархии войска Донского в Старочеркасской станице женского Ефремовского монастыря» вышел 25 января 1837 года. Он подвел итог многолетнему хождению по инстанциям ходатайства наследников знаменитого казачьего рода Ефремовых.

27 декабря 1831 года вдова Евдокия Иоакимовна, Ульяна Алексеевна и ее сын, есаул Николай Степанович, подали  прошение донскому  архиепископу Афанасию с просьбой устроить на родовом  подворье в станице Старочеркасской девичий монастырь.  Главным и единственным мотивом, побудившим наследников рода Ефремовых сделать такой шаг, в прошении названы вера и желание увековечить память родственников, похороненных в земле Черкасска. Прошение содержало вполне законное пожелание, чтобы монастырь всегда оставался в подчинении донских владык, назывался Ефремовским, а на богослужениях поминались имена умерших их родителей за упокой, а живых родственников – о здравии.

Подобных прошений в Святейший Синод на протяжении столетия поступало немало. Но чтобы получить одобрение высших инстанций, требовалось   соответствовать устоявшимся  нормам церковно-гражданского права. А они предусматривали благоприятное разрешение вопроса об основании обители только в том случае, если ходатаи предоставляли гарантии ее полного материального содержания. Кроме капитала каждый монастырь должен был получить  несколько десятин земли, удобной  для занятия сельским хозяйством, и, по возможности, — мельницу и пруд для рыбной ловли. Здесь Ефремовых ожидали большие трудности. Они могли предложить определенную крупную сумму в качестве неприкосновенного капитала, передать личное имущество. Но не могли предоставить монастырю землю, так как вся земля в границах войска Донского считалась общей собственностью казачества и никакому отчуждению не подлежала.

Учреждение обители вблизи столицы донских казаков представлялось архиепископу Афанасию делом нужным и важным для укрепления народной нравственности. Поэтому в готовившийся доклад с просьбой дать разрешение на открытие монастыря владыка собственноручно добавил свои главные аргументы «за». По приказанию епархиальных властей начались долгие переговоры с Ефремовыми. В первую очередь, интересовало, что еще они могут сделать для устройства обители: могут ли возвести вокруг монастырского подворья подходящую ограду? перестроить нижний этаж дома и некоторые другие строения под кельи? дадут ли землю под огород?

Ульяна Алексеевна с сыном согласилась прибавить только сад, находившийся на семейном хуторе «Зеленый двор» в двух верстах от столицы. Прочие предложения она сочла для себя невыполнимыми. Кроме того, помимо сына ей надо было обеспечить достойное приданное для пяти дочерей. Она находилась в преклонном возрасте, и с этого момента начала отходить как бы на задний план в дальнейших переговорах об устройстве монастыря. Как раз в это время начала физически сдавать и в 1835 году скончалась, так и не дожив до открытия обители.

Напротив, Евдокия Иоакимовна не только согласилась исполнить все условия владыки, отдавала свою часть Зеленого двора, но уже в марте 1832 года передала на содержание монастыря процентный билет на сумму в 20 тысяч рублей ассигнациями. Переговоры с владыкой, прошения в Священный Синод, изменения законодательства, новые требования, опять ходатайства…Евдокия Акимовна не сдавалась. В марте 1834 года в консисторию были предоставлены документы с подробной описью принадлежавших ей Церкви Донской иконы Божьей Матери и всего имущества, оцененных в огромную по тем временам сумму: 268 665 рублей ассигнациями. Кроме того она согласилась заплатить еще 71 000 рублей за перестройку, ремонт помещений и возведение вокруг подворья стены. Но в Св.Синоде обратили внимание, что участок «Зеленый двор» в двадцать три с лишним десятины не дотягивает даже до положенных тридцати, исходя из чего потребовали от архиепископа усилить материальные средства обители путем передачи ему от Ефремовых или войскового правительства еще тридцать десятин земли.

Усердная к славе Божией устроительница монастыря, вложившая столько сил и средств в осуществление семейной мечты,  Евдокия Иоакимовна и в этот раз не отступила. В августе 1835 года она дала согласие пожертвовать монастырю имеющуюся у нее с давних времен землю, удобную для хлебопашества, из своего имения при хуторе Красном, в шести верстах от станицы; и передала еще 10 000 рублей на обеспечение служителей монастыря до той поры, пока монастырь не обустроится. Однако, как оказалось, и этого не хватило. В апреле 1836 года владыка обратился за помощью к наказному атаману Максиму Григорьевичу Власову. По воспоминаниям современников, он был очень набожен, хорошо знал церковный круг священнодействий по полученному им воспитанию у монахов в Лавре, любил благотворить щедрою рукою. И только заручившись его поддержкой, архиепископ Афанасий обратился с очередным ходатайством в Священный Синод. На этот раз ходатайство его было уважено. И 26 декабря 1836 года Император Николай Павлович утвердил доклад Священного Синода об учреждении Старочеркасского Ефремовского монастыря с присвоением обители степени III класса, не вводя ее, однако, в штатное положение (т.е. казенное обеспечение). Скромные средства, предназначенные на содержание обители, продиктовали необходимость ограничить количество насельниц, точнее, монахинь: всего 17 сестер, в том числе настоятельница и казначея. Послушниц разрешалось принимать столько, сколько монастырь мог вместить и содержать.